ნატალია ვარლეი

გახსოვთ მსახიობი ნატალია ვარლეი? ფილმიდან “კავკასიელი ტყვე ქალი”.

აი ეს:

თუმე ლექსებს წერს. ორი მათგანი ძალიან მომეწონა.

* * *
“…лежит змея свернувший под стеклом,
как подольдом замершее растение…
а у змеи сегодня день рождение,
пятидесятилетие притом.
Глаза ее печальны, а не злы…
как мы несправедливо полагали…
в его мечтах тропические дали
и баобабов крепкие стволы…”

* * *
“Рыдает Лев… в большой, железной клетке,
Над ним смеются воробьи на ветке
И старичок, на лавочке присев.
“…но разве не потешно в самом деле,
такая слабость – в этом сильном теле,
царя зверей увидеть мы хотели…”
И плачет, плачет горделивый Лев…”

ნიკოლოზ მარკოზაშვილი

Семейный альбом под дождем на асфальте
И ветром растопырены страницы фотографий Чьих-то и Чужих.
В очках мальчишка, так старательно играющий на альте,
Мужчины, женщины всех возрастов. Улыбок хоровод.
Капли струйки жизни.
Не отойдешь от них,
Не тронешь,
Не поднимешь,
Не спасешь.
Как грустно осенью в Тбилиси старом под дождем…

ანა ახმატოვა

ლექსები, რომლებზეც ვგიჟდები!

* * *
Вечерные часы перед столом,
Непоправимо белая страница.
Мимоза пахнет ниццей и теплом,
В луче луны летит большая птица.

И туго косы на ночь заплетя,
Как будто завтра нужны будут косы,
В окно гляжу я, больше не грустя
На море, на песчанные откосы.

Какую власть имеет человек,
Который даже нежности не просит.
Я не могу поднять усталых век,
Когда мое он имя произносит.

ესეც მეორე

* * *
Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться богу,
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утолить ненужную тревогу.

Когда шуршат в овраге лопухи
И никнет гроздь, рябины желто-красной,
Слагаю я веселые стихи
О жизни тленной, тленной и прекрасной.

Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь
Пушистый кот, мурлыкает умильней,
И яркий загоряется огонь
На башенке озерной лесопильни.

Лишь изредка прорезывает тишь,
Крик аиста, слетевшего на крышу.
И если в дверь мою ты постучишь,
Мне кажется, я даже не услышу.

Николай Асеев

ИВА

У меня на седьмом этаже, на балконе, – зеленая ива,
Если ветер, то тень от ветвей ее ходит стеной.
Это очень тревожно и очень вольнолюбиво –
Беспокойство природы, живущее рядом со мной.

Ветер гнет ее ветви и клонит их книзу ретиво,
Словно хочет вернуть ее к жизни обычной, земной;
Но – со мной моя ива, зеленая, гибкая ива,
В леденящую стужу и в неутоляемый зной.

Критик мимо пройдет, ухмыльнувшись презрительно, криво:
– Эко диво! Все ивы везде зеленеют весной! –
Да, но не на седьмом же! И это действительно диво,
Что расставшись с лесами, она поселилась со мной!

—————————————————————————-

ЛИСТЬЯ

Они
Лежали
На панели.
И вдруг
Они осатанели
И, изменив свою окраску,
Пустились в пляску, колдовские.
Я закрычал:
– Вы кто такие?
– Мы – листья,
Листья, листья, листья! –
Они в ответ зашелестели, –
Мечтали мы о пейзажисте,
Но руки, что держали кисти,
Нас полюбить не захотели.
Мы улетели.
Улетели…

—————————————————————————-

НЕЖНОСТЬ

Вы поблекли. Я – странник, коричневый весь,
Нам и встретиться будет теперь неприятно.
Только нежность, когда-то забытая здесь,
Заставляет меня возвратиться обратно.
Я войду, не здороваясь, громко скажу:
– Сторож спит, дверь открыта, какая небрежность!
Не бледнейте! Не бойтесь! Ничем не грожу,
Но прошу вас: отдайте мне прежнюю нежность.
Унесу на чердак и поставлю во мрак,
Там, где мышь поселилась в дырявом штиблете
Я старинную нежность снесу на чердак,
Чтоб ее не нашли беспризорные дети…

* * *


Я ждал Вас долго – Вы не приходили,
Свеча сгорела у меня в руке.
И безразлично стало нам отныне,
Любое Ваше слово, брошенное мне.

А. Ахматова
————————————————-

* * *
Чтоб мудро жизнь прожить, знать надобно немало,
Два важных правила запомни для начала:
Ты лучше голодай, чем что попало есть,
И лучше будь один, чем вместе с кем попало.

Омар Хайам

ნიკოლოზ მარკოზაშვილი

Сколько в мире забытых сказок,
Затаенно спящих где-то в темном углу…
Невезучий: по свету шагая все никак ни одну не найду.

Сколько в мире различный красок,
Упоенно ждущих всюду тебя наяву…
Вездесущий: в спешке жизни мотаясь до природы никак не дойду.

Сколько в мире прекрасных масок,
Утонченно ведущих свою игру…
Посвященный: перед зеркалом без конца примеряя, в двери эти никак не войду.

Сколько в мире железных касок,
Устремленно решающих любую судьбу…
Непокрытый: в окопах избегая скачки смерти никак не пойму.

Грязь и туман. Грязь и туман вокруг,
Мой большой правый палец
Щупая грязь внизу еще пытается наткнуться на хрустальную свою оправу…
Сердце мое в тумане начало уже свой очередной танец…
В Новом – этом новом и Страшном году
Сколько в мире забытых сказок

Неужели уйду не найдя ни одну…

31.12.98 – 01.01.99

Николоз Маркозашвили

* * *
Когда не знаешь что делать – делаешь шаг вперед.
Крик чаек над морем – авось опять повезет
И очередная новая хохма хоть ненадолго, но отвлечет
От желания быть одному. А может – может оно и уйдет…
Когда не знаешь что делать – делаешь шаг вперед.

* * *
Серый ветер ночной
За окном
Сводит счеты осенные с рыжей уставшей листвой…
Опьянен, тщетно сон свой ищу в темноте голубой
Под дождем за стеклом
Я, конечно, тебя не найду – сам останусь с собой
Пегим бессонным последним листом.

* * *
Утлая лодка, бочонок вина,
Красная кружка допита до дна.
В слезах манжеты и хочется жить
С листьями ветер не может дружить…